Чтение онлайн

Этот контрудар оказался решающим, окончательно обрушив фланг английского построения. И оно побежало. А шотландские драгуны устремились на вражеские батареи.

– Победа! – взревел не своим голосом адъютант прямо над ухом генерала.

– Джеймс, скачите к полковнику Роберту Дугласу, – Яков Брюс указал в сторону драгун, – и передайте мой запрет преследовать противника. Пусть занимает обоз и обеспечивает охранение. Нельзя допустить его разграбление, поджог или еще какое повреждение.

– Слушаюсь! – радостно крикнул адъютант и галопом унесся в ту сторону, где бушевала шотландская кавалерия.

А Яков устало потер лицо.

Битва выиграна. Чисто. Никто не упрекнет его в подлости. Но он положил здесь четверть своих бойцов. Да еще столько же ранено. Страшная победа. Жуткая победа.

– Вы переживаете, друг мой? – обратился к нему архиепископ Сент-Эндрюса и Эдинбурга Томас Николсон, сопровождавший армию в походе.

– Да, падре. Это все ужасно… Сколько людей погибло, – покачал головой Яков.

– Но вы выиграли войну. Защитили веру и дали свободу своей родине.

– Вы думаете?

– Конечно. Два совершенных разгрома подряд очень показательны. Здесь англичане выставили все, что смогли собрать. И мы их разбили, с Божьей помощью. До Лондона рукой подать. Неделя перехода.

– Они могут попытаться собрать новое ополчение.

– Могут, но вы думаете, они станут испытывать судьбу снова? Я уверен, друг мой, что они постараются договориться и прекратить эту войну. По крайней мере, на какое-то время. Ведь их флот разбит, а французы вполне в силах высадить десант. И я очень сильно сомневаюсь, что их радуют подобные перспективы. Выше нос! Эти жертвы были не напрасны. Вы выиграли эту войну…

Внимательный читатель задастся вопросом, как закаленные в боях английские войска смогли проиграть совершенно посредственным шотландцам? Да, у тех были пули Нейслера, которые позволяли при той же скорострельности бить раза в два дальше из обычных фузей. Но это весьма несущественное преимущество, да и сработать оно может только в обороне. Тем более в битве при Банбери англичане имели двукратное численное превосходство. Чудеса? Авторский произвол?

На самом деле нет. Ларчик открывается очень просто. Настолько, что это действительно кажется чем-то невероятным. Дело в том, что в те годы господствовала линейная тактика пехоты. Ее особенность заключается в стремлении максимально развернуть строй, добившись наибольшего количества «стволов», работающих по противнику одновременно. В итоге вся армия может вытягиваться в несколько шеренг малой глубины и большой ширины. Смешно сказать – глубина фронта может оказаться совершенно ничтожной, составляя два-три человека. При таком построении очень удобно давать залпы по наступающему противнику. Но… сила построения оборачивается его слабостью.

В свое время эту слабость открыл Александр Васильевич Суворов, изучая историю войн от античности до его современности. Именно там, в былых сражениях, он и наткнулся на идею, которую в XIV–XV веках с успехом применяли швейцарцы, наводившие ужас на всю Европу. Знаменитая швейцарская пехота не знала поражений почти столетие! А все потому, что догадалась атаковать колоннами. Их преимущества были очевидны. Неорганизованной рыцарской кавалерии они были не по зубам из-за слишком плотного порядка. А жидкие шеренги пехоты, которые их время от времени встречали, они прорывали легко и просто. Как камень прорывает лист бумаги.

В истории нередко случаются цикличные явления, и это одно из них. Замечательное ноу-хау, позволившее в свое время Александру Васильевичу Суворову выиграть все сражения и войти в историю единственным полководцем, которого так никто и не смог победить. И в нашем случае Яков Брюс применял именно эту тактику по совету Петра… Точнее, даже не по совету, а по наущению. Ибо именно он и натаскивал ее применять своих будущих полководцев, но не изолированно, а как один из инструментов. Ведь универсальных решений не бывает…

Спустя двое суток. Лондон. Парламент

– Джентльмены… граф Мальборо разбит, – бросил вошедший полковник со свежей повязкой на голове. Такую фривольность простой полковник мог позволить себе только потому, что относился к высшей аристократии по рождению и лишь по малости лет носил невысокие чины.

– Что?! – прокатилось по залу.

– Да, джентльмены, войска Якова Брюса продолжают наступать на Лондон.

– А где сам граф? – спросил кто-то из лордов.

– Пленен. Вся артиллерия досталась врагу. Я постарался организовать беспорядочно отступающие части, но смог собрать всего полторы тысячи. Люди разбегались в разные стороны. Мало кто уходил к Лондону.

– Катастрофа… – тихо ахнул лорд-казначей. – Это катастрофа.

– А что хотят эти шотландцы? – поинтересовался кто-то из зала.

– Какая разница? – тихо покачал головой лорд-казначей. – Прежде чем озвучить свои желания, они разграбят Лондон, так же как и большую часть Англии.

– У них большие потери, – отметил полковник. – Вряд ли они желают продолжать войну.

– Вы считаете, мы можем договориться?

– Мы должны попробовать. Или, быть может, джентльмены забыли о том, что одна из причин войны – упрек в адрес парламента и королевы о том, что мы нарочно подставили Шотландию под разорение в прожекте той колонии. А учитывая, что они даже обычных англиканских священников вешают на вязах, то вряд ли у нас есть шанс избежать гибели. А не только лишь ограбления.

– А что скажет королева?

– Какая разница, что она скажет? – усмехнулся лорд-казначей. – Или она может родить нам войско? Как и всех своих наследников… Гнилая утроба! – произнес он и зло сплюнул на пол. – Война проиграна, джентльмены. И нам остается только одно – завершить ее с минимальным ущербом.

10 мая 1706 года. Оксфорд

Этим тихим и солнечным утром Яков Брюс задумчиво сидел в одном из залов колледжа и смотрел в окно на свежую, бодрую листву, которая радовалась солнечным лучам, совершенно игнорируя войну. Он ждал прибытия делегации из Лондона, которую подпирало пятнадцать тысяч штыков наспех собранного ополчения. Впрочем, ни у кого на этом многострадальном острове больше не оставалось никаких иллюзий относительно исхода сражения… в случае, если они решатся на него. По крайней мере, сейчас. Конечно, если бы шотландцы ушли на север, то через год англичане смогли бы собрать силы и взять реванш. Но Яков не собирался давать им этот шанс.