Чтение онлайн

– Да нет, нигде не ударялся, – начал оправдываться Иван. – Я вообще смирный, не прыгаю, не скачу…

– Смирный! – сварливо пробурчала фельдшер Петрова, выбрасывая бинты в пластмассовый контейнер для мусора, стоявший у двери, и неожиданно нагрубила – вроде бы шуткой:

– Конь застоялый – вот ты кто. Ему лежать надо, а он – туда же, кобелино…

Ивану взгрустнулось. Остатки томления как рукой сняло: оказалось, что все это – мираж, цветные глюки, типа тех, ночных, эротический бред ушибленного сознания, обусловленный избытком гормонов…

– Значит, так, слушай внимательно, – начальственным тоном заявила фельдшерица. – Еще неделю не двигаться точнее, не делать резких движений, – она глумливо подмигнула ему, – голову не мочить, рану не трогать, не засорять, сидеть дома. Алкоголь – ни в коем разе, даже пиво. Я живу здесь, в поселке – Александр Иванович поручил мне приглядывать за тобой. Завтра опять заеду. Давай рассчитаемся.

Последняя фраза прозвучала так обыденно, что Ивану стало неловко.

– Это… у меня сейчас денег нету, – покаянно признался он. – Я тебе потом…

– Э-э, ты че несешь?! – сердито воскликнула врачиха. – Думаешь, я так тебе и поверила? «Денег нет»! Ха! Нет, вы посмотрите на него!

– У меня деньги в другом месте – не здесь, – поправился Иван. – Ты скажи адрес – я тебе вечерком занесу. Здесь же рядом… А за задержку добавлю еще полтинник. Лады?

– Да… кобелино, – осуждающе покачала головой фельдшер Петрова. – Не хватало еще, чтобы ты ко мне домой заявился и с мужем столкнулся. Завтра заеду – отдашь. Покеда!

Проводив фельдшерицу, Иван вернулся в дом и долго сидел на диване – переживал. На душе было гадко – будто кто-то прошелся по ней грязными сапогами. Потрогал рану на голове – она была покрыта толстым слоем какого-то пластичного материала, похожего на целлулоид.

– Если фуй в голове – медицина бессильна, – огорченно констатировал Иван, дал себе команду прекратить переживать и решил заняться делом. – Однако бабки нужны. Даже курить нету – кончилось. А позвоним-ка мы «дяде», поклянчим денег…

Присев к телефону, он вытащил из кармана бумажку и набрал номер.

Дядя вручил ему список из четырех номеров, по которым можно было звонить в случае необходимости – к каждому ряду цифр прилагалось коротенькое пояснение, кому данный номер принадлежит.

Автоответчик домашнего телефона вежливо сообщил, что хозяин на работе, и посоветовал оставить сообщение. Оставлять Иван ничего не стал, а следующие два номера ему не понравились – это были телефоны клиники. Оставался последний номер, рядом с которым была приписка: «Леха Анисимов – в первой половине дня».

Ага – Леха Анисимов, это крутой приятель «дяди», он же Вовец.

Немного посоображав, Иван звонить не стал, а открыл телефонный справочник и нашел требуемую фамилию, номер и адрес: п. Троицкое, 25.

Набрав 09, Иван мужественным голосом спросил:

– Красавица, Троицкое далеко от Солнечного?

– Что за вопросы, гражданин? – удивилась красавица. – Вы что, не местный?

– Есть такое дело, – смиренно признался Иван. – Вопрос жизни или смерти – помогите хорошему парню!

– Вы где? – деловито поинтересовалась телефонщица.

– В Солнечном.

– Поезжайте по трассе к городу, через пять километров будет указатель. Это на берегу реки – пригородная зона. Все?

– Спасибо, родная, я тебя целую во все места, – сладкозвучно заверил Иван – на том конце провода раздался заинтригованный смешок, но Иван оперативно хлопнул трубку, буркнув:

– Шутка! – пошел во двор, прихватив по дороге контейнер с мусором – после завтрака и вчерашнего ужина образовалась изрядная куча отходов.

Выйдя за ворота, он направился к бетонированной площадке, на которой стояли аккуратные мусорные баки, крашенные в оранжевый цвет, опустошил контейнер и вернулся во двор. Теперь нужно было заняться транспортным средством. Обходя утром владения «дяди», он обнаружил в предбаннике ни разу не опробованной еще сауны новенький велосипед, который никто пока что не удосужился даже отрегулировать. Видимо, «дядя» хотел начать правильную жизнь – париться, кататься среди напоенных солнечным золотом полей на велике и отдыхать от суеты городской. Но суета пока не отпускала – не до дачи было занятому «дяде».

Подкрутив болты, Иван протер остатки смазки, накачал колеса, не найдя никакого иного головного убора, соорудил себе чепчик из старой газеты и решительно покинул «дядины» угодья, направившись по узенькому шоссе в сторону трассы…

В лесополосе, метрах в пятидесяти от «новорусского» «дачного ряда», стояла красная «99» с тонированными стеклам и. В салоне дремали двое крепеньких, но не особо крупных парней, третий сидел на капоте и молча созерцал подступы к даче Бабинова. Как только младой велосипедист отъехал от ворот на двадцать метров, наблюдатель достал из нагрудного кармана мобильный телефон, отщелкал номер и бесстрастным голосом доложил:

– Объект покинул усадьбу. На велосипеде. Движется в сторону трассы.

– Инструкция наблюдателю, параграф четвертый, – лениво ответил абонент и отключился. Наблюдатель достал из салона пакет и шустро полез на дерево. Повозившись там с минуту, он спустился, завел машину, вырулил из-за куста на шоссе и направился вслед за Иваном, держа дистанцию не менее 60 метров.

Со стороны поселка показался шаромыга, облаченный в засаленный комбез, проводил «99» внимательным взглядом, осмотрелся по сторонам и трусцой припустил к аккуратной «новорусской» мусорке. В роли шаромыги выступал не кто иной, как агент Интерпола Руслан Тюленев, и никаких приятных случайностей в последовательности событии не было.

Руслан жил в поселке уже пятый день, успел освоиться и подсобрать кое-какую информацию, доступную стороннему доброжелателю. Ничего особенного выяснить не удалось – так, круг общения и наибольшей приязни господина Пульмана и кое-какие данные по обитателям данного круга. Радовало лишь то обстоятельство, что неподалеку от места его временной дислокации располагалась новостроенная дача Бабинова, входящего в круг, и можно было надеяться извлечь из этого расположения какие-нибудь грядущие выгоды.