Чтение онлайн

– Угу-угу… Ну вот и прекрасно! Вот и отлично! – Пульман возбужденно потер ладошки, скорчил отвратительную гримасу, которая, по всей видимости, означала улыбку торжества, покинул свое безопасное место и забегал по кабинету. Похоже, придумал что-то, сволота!

– Что «прекрасно»? – кисло поинтересовался Иван. – Что «отлично»?

Может, собираетесь пытать меня до тех пор, пока я не заговорю по-немецки? И желательно, конечно, на берлинском диалекте, да? А потом будете пытать, пока я не вспомню эту самую дурацкую фразу с цифрами… Так?

– Да нет, мой юный друг! – Пульман игриво подмигнул «юному другу», чего ему, наверное, делать не следовало – так страшно перекособочилось его и без того непрезентабельное зеркало души. – При чем тут – пытать! Вы сами мне все расскажете – безо всякого нажима. Если только ничего не врете – насчет фразы с цифрами.

– Зачем мне врать? – криво ухмыльнулся Иван. – Смысла нет… А вот – как это я вам расскажу то, чего не смог запомнить пять лет назад… Ну уж, извините – это вы того… Загибаете. Как вы вообще себе это представляете?

– Да просто все! Элементарно. – Хозяин кабинета вдруг совершенно успокоился и заговорил наставническим тоном:

– Видите ли, я специалист в этой области. Никаких проблем, как говорится… Просто угощу вас кое-какими медикаментами, практически безвредными для организма, настрою соответствующим образом, введу в гипнотический сон – и вы воспроизведете не только фразу, которая меня интересует, но и все, что я посчитаю нужным узнать из вашего «черного ящика» – независимо от срока давности. Мне, собственно, нужна только эта самая дурацкая фраза с цифрами… эмм… а потом, если все получится, я вас того… домой отпущу.

– Хм… домой! – Иван недоверчиво усмехнулся, однако высказываться пока что не стал, а осторожно поинтересовался:

– И это все, что вас интересует?

– Да, все, – подтвердил Пульман, деловито роясь в стенном шкафу со стеклянными дверцами. – Более мне от вас ничего не требуется. Или вы воображаете себя невесть какой важной персоной, которую похитили черт знает для чего? Ха! Для чего можно похитить нашего среднестатистического военного, а, батенька? Хи-хи-хи…

– Так какого хрена? – возмутилась «персона» и даже как будто обиделась. – За каким чертом вся эта свистопляска, блин?! Инсценировки всякие, бутафория: змеи, катафалк, зомби… Честное слово, у меня такое впечатление что я связался с подпольной организацией дебилов!

– Интересно… По поводу зомби… – напрягся Пульман. – Почему вы решили, что контактировали именно с зомби? Может, это были обыкновенные обкуренные бандиты?

– А то я не отличу обкуренного бандита от зомби! – проворчал Иван.

– Скажете, тоже… И вообще – такую кашу вы здесь заварили, хоть стой хоть падай! Не проще ли было прикатить ко мне и сказать: «Парень, в твоей башке содержится кое-какая информашка, которая нам нужна позарез. На тебе бабки, а нам дай побаловаться с твоей башкой пару часиков…» Я бы вам за штуку баксов все эти хитрости выложил – без всяких там зомби и остальных приколов…

– Мне все же интересно, как это вы отличаете зомби от обкуренного бандита, – упрямо набычился Пульман. – Вы что – ежедневно с ними общаетесь? Или как?

– Глаза, – пояснил Иван. – У них глаза мертвые. У наркомана просто зрачки расширены и реакция замедленная – тормозит он неимоверно, но проявляет эмоции, чувства. А у этих – ничего такого… ну… в общем, как роботы они, точно говорю. Неживые, какие-то…

– Ну что ж – ценное наблюдение, – задумчиво пробормотал Пульман, достав наконец из шкафа какую-то коробку. – Глаза – это не проблема. Достаточно надеть черные очки – и все будет в норме. Ну а вообще, конечно – есть отличия, есть… А насчет бутафории… Отпуск у вас, насколько мне известно, намечался где-то в конце года. Дело настолько срочное, что ждать столько времени я не могу. Достать вас с Кавказа другим путем – уж не взыщите, никак не получалось.

Ну не терминаторы мы! Так что, как это ни кощунственно звучит, смерть матери – единственное обстоятельство, которое наверняка выдернуло бы вас из обычного жизненного круга. Выходит, мои исполнители – не совсем дураки… И хватит об этом – вот, возьмите. – Он раскрыл коробку и протянул Ивану две конусообразные розовые пилюли:

– Глотайте, не стесняйтесь. Это всего лишь обыкновенный нейролептик – для буйных, – пошутил Пульман, пряча глаза от источающего ненависть Иванова взгляда. – Не волнуйтесь – травить вас не в моих интересах…

…Придя в себя, Иван понял, что находится все в том же странном заведении, в той же камере, куда его заключили с самого начала. Мутило. С трудом поднявшись с топчана, он кое-как добрался до входной двери. Привалившись к железяке спиной, помотал головой, пытаясь обрести ясность панорамы. Перед глазами медленно парили мириады белых, медленно исчезающих мошек. Тело – ватное, движения тоже медленные и до чрезвычайности вялые. Отчаянно напрягшись, Иван вдруг вспомнил, что с ним произошло накануне. Вспомнил и разозлился – вяло так, будто вдрызг пьяный мужик, который угодил ногой в ведро с помоями и без посторонней помощи не может оттуда выкарабкаться. Сволочь плешивая! Ну погоди, головастик, придет время, когда в твоем доме будет играть музыка Шопена…

– Эй, кто-нибудь… – Он попытался изобразить командный голос, но ничего не вышло, получился задушенный петушиный всхлип. Тишина… Он начал размеренно стучать кулаком по гулкой двери. Застекленный глазок моментально усугубился нелюбопытным глазом с той стороны – Иван стучать не перестал.

Немного погодя послышались неспешные тяжелые шаги в коридоре. Дверь со скрежетом распахнулась. С той стороны застыли давешние трое мордоворотов с мертвыми глазами.

– А-а-а, зомби, блин… – чему-то обрадовался Иван. – Хочу провести пр… прфф… тьфу! Брифинг хочу провести, мать вашу так! Тема – варварское обращение с российским офицером во вражеских застенках! – И сделал два неверных шага, намереваясь выйти в коридор. Зря сделал. Возможно, по поводу брифинга эти особи были и не в курсе, а вот насчет линии охраны имели вполне конкретное понятие. Едва он оказался в коридоре, один из охранников – тот, что оказался поближе, – неожиданно провел мощный свинг в правую челюсть расслабленного узника.

Иван аккуратно влетел назад в камеру и замертво рухнул на бетонный пол. Теперь перед глазами плавали уже не мошки, а целые сонмы созвездий, причудливо меняя окраску и структуру. А еще – три коротко стриженных головы с мертвыми глазами, которые пристально смотрели на пленника, не проявляя ни малейшего любопытства.

Вставать не хотелось. Проводить брифинг – тоже.

– У-у-ублюдки! – простонал Иван, чувствуя, как закипают слезы – так стало вдруг жаль себя. – А вот я этот ваш публичный дом – под корень… – Но тут же, сообразив, что в настоящий момент сие заманчивое мероприятие неосуществимо, слезно попенял охранникам: