Чтение онлайн

— Вы очень добры, полковник, — поблагодарил я Беркесова. — К сожалению, если произойдет обратное, то есть если с должности полетите вы, я, скорее всего, не смогу вам ничем помочь. Даже обеспечить личную безопасность Вам и вашей семье. Как, впрочем, и себе.

— Вы о чем? — насторожился Беркесов.

— Да так, — вздохнул на этот раз я, — все-таки к нам стекается информация со всех регионов России. И смею вас уверить, ничего хорошего в этой информации нет. Я искренне надеялся укатить в отпуск и больше сюда не возвращаться, если бы не эта идиотская история с ожившим Койотом. А эта история, полковник, становится все более непонятной. если бы он только занимался Руановой — это еще можно было как-то если не понять, то осмыслить. Старая любовь и все такое. Помните телефонный разговор, который перехватили ваши люди? Но какого дьявола он явился в наше консульство, чтобы передать мне свои отпечатки пальцев и вырезку об аресте Ларссона в Стокгольме?

При упоминании об аресте Ларссона глаза Беркесова на какую-то долю секунды остекленели и он почему-то не нашел ничего лучшего, как поинтересоваться:

— Вы ведь знаете Орлова?

— Генерала? Знаю.

— Оказывается, — пояснил Беркесов, — Ларссона вызвал он для организации в городе современного диагностического центра. Но тот неожиданно уехал на родину, где также неожиданно был арестован. Возможно, мы сразу пошли по ложному следу.

— Скорее всего, — согласился я, соображая, известно ли Беркесову о моей встрече с Орловым. — Мы сразу запутались. И по одной причине: Койот — мертв. Возможно, чудо воскрешения и имело место в случае с Христом, но в данном случае я что-то в это не очень верю.

— Но вспомните, как это все начиналось, — напомнил Беркесов. — Вы получаете указание о Койоте от своего начальства, откладываете отпуск и летите сюда. Я, в свою очередь, получаю указание из Москвы оказывать вам полное содействие в нейтрализации всех возможных действий Койота, его аресте или ликвидации. А на поверку выходит, что мы имеем дело в лучшем случае с какой-то легендой, которую я при всем желании не могу воспринимать серьезно, несмотря на все то, чему я был лично очевидцем. Не складывается ли у вас впечатление, что и вас, и меня от чего-то отвлекают?

— Если отвлекают, то — вас, — сказал я, — зачем отвлекать мое внимание, если у меня уже взят билет на Париж и я минимум на шесть недель выхожу из игры, будучи в отпуске. И, уж извините, полковник, я не вижу, чтобы в вашем регионе были какие-то такие крутые дела, требующие введения глобальной дезинформации да еще объединенными усилиями двух самых мощных спецслужб в мире: ЦРУ и КГБ.

— МБР, — напомнил Беркесов.

— Не будьте педантом. МБР — одно название. С вашим любимым КГБ ничего не случилось. Лучше скажите: вы не очень нарушите присягу, если кратко расскажите мне, какими делами занимались ваши подчиненные до моего приезда. Может быть, тут лежит ключ к разгадке всей этой истории с Койотом?

— Мои дела? — переспросил Беркесов. — Ну что я могу вам оказать? Я не вижу в них ничего глобального, хотя они и интересны. Через город проложена наркотропа из Колумбии в Афганистан и обратно. Рыльце в пуху у всех: и у исполнительной власти, и у законодательной, то бишь у Советов. Особенно используется Выборгское шоссе и торговый порт. Я отслеживаю ситуацию, но не вмешиваюсь. Так приказано Москвой.

— Это нам известно, — сказал я, — продолжайте, если это возможно.

— Через город идет вывоз валюты в западные банки от целой сети совместных предприятий, зарегистрированных не только в городе, но и на всей территории бывшего Союза. Все это кладется в зарубежные банки на различные счета. Мы опять же отслеживаем ситуацию, но не вмешиваемся, отсекая только мелочь, пытающуюся примазаться к общему потоку. Но и эта мелочь обеспечивает нам круглосуточную работу.

— Это все действительно мелочь, — согласился я. — Вы могли бы еще добавить, что ваш торговый порт превратился в нечто, напоминающее остров Тортугу в XVII веке, который управлялся сразу пятью пиратскими группировками, действующими под покровительством пяти европейских держав и еще не созданными Соединенными Штатами. Через порт ежемесячно идет столько денег, сколько мы тратим на Пентагон в год.

Беркесов покраснел.

— Мне пока не разрешают трогать Марченко, — сказал он, — но вскоре я его прихлопну. Он уже потерял чувство меры…

Марченко в свое время, еще при коммунистическом режиме, занимал пост начальника Балтийского пароходства. После крушения режима он быстро преобразовал пароходство в акционерное общество, управляемое совместно им и несуществующей немецкой фирмой, представителем которой был сам Марченко. Деньги прокачивались без всякого налогообложения через так называемую "Всемирную лабораторию" — еще одну мошенническую организацию, созданную на волне увлечения экологией.

Конечно, Марченко действовал не автономно. Примерно 75 % своих астрономических прибылей он отдавал в Москву. Фигурально говоря, конечно. А на практике размещал их на валютных счетах конкретных лиц в Верховном Совете страны и в аппарате правительства и Президента, разросшемся примерно раза в три после августа 1991-го года.

То, что Беркесов собирался прихлопнуть Марченко, нам было известно, поскольку последнее время морской шеф Петербурга перестал, видимо, войдя в раж (большие деньги ослепляют), делиться со своими высокопоставленными сообщниками. То есть не то, чтобы вообще перестал, но самовольно снизил процент обложения с 75 % до 60 %.

Кроме того, он осмелился утаить роскошные западные лимузины, предназначенные для родственников председателя Верховного Совета Хасбулатова и председателя конституционного суда Зорькина. Это уже было слишком. Из Москвы последовал приказ Беркесову разобраться с делами Марченко. Пока со всем "зажиленным", включая валюту и автомашины. Но тот, по моим сведениям, закусил удила, надеясь на помощь могучей местной мафии, окопавшейся в мэрии и горсовете. Однако Москва, хотя и слабела с каждым днем, была еще гораздо сильнее,

— И это не то, — сказал я, — даже если связать все происходящие в городе события вместе и прибавить к этому создание вооруженных формирований на базе разгромленных прибалтийских ОМОНов и так называемого русского легиона, которые, как вам известно, и предназначены для охраны беспрепятственного следования через город наркотиков, оружия и валюты, если даже прибавить к этому все делишки крестного отца городской и областной мафии Лодырева, то все равно это не причина, чтобы отзывать меня из отпуска.

— Вы от скромности не умрете, — заметил Беркесов, — но ваша осведомленность о делах нашего региона меня поражает…

— Да, — подтвердил я, — я знаю много, даже о магазине "Рапсодия", что на бывшей улице Желябова. Как она сейчас называется? Я забыл. Все-таки я достаточно давно и активно работал в этом городе.

— Конюшенная, — процедил Беркесов, поскольку являлся одним из совладельцев этого антикварного магазина, официальные владельцы которого были выпущены им из следственного изолятора с приостановленным уголовным делом "по контрабанде в особо крупных размерах", если цитировать уголовный кодекс.