Айсберг
Шрифт:
Мэтт схватил радио и стал поворачиваться назад, когда чудовище, как будто поскользнувшись, рухнуло на лед и, проехав по инерции несколько метров, распласталось на полу. Глаза его безжизненно уставились на людей.
Мэтт почувствовал, что писк в голове медленно исчезает, превращаясь в неприятный зуд за ушами.
Брэтт поднялся на ноги.
— Отходим.
Туша сраженного монстра блокировала узкий проход, но тени его соплеменников по-прежнему мелькали на стенах в глубине коридора.
Мэтт и моряки добежали до следующего пересечения тоннелей, с опаской оглядываясь на мертвого зверя.
— Это их задержит на какое-то время, — сказал Грир. Как будто услышав его, тело монстра дернулось в их сторону и, немного проскользив по ледяному полу, снова остановилось.
— Надо было тебе каркать! — невольно отпрянув, пробурчал Мэтт.
Грир криво ухмыльнулся:
— Какого хрена?
Тело снова задвигалось.
— Остальные подталкивают его сзади, — промолвил Брэтт голосом, в котором звучало больше удивления, чем страха. — Черт!
Прекратившееся ненадолго жужжание в голове Мэтта стало снова набирать силу, но на этот раз оно нарастало сзади, как будто кто-то пристально смотрел ему в спину. Мэтт резко развернулся в сторону соседнего тоннеля.
Свет фонарика выхватил из темноты пару красных глаз всего метрах в трех от него. Мэтт инстинктивно вскинул пистолет, когда зверь бросился на него.
Краем глаза он заметил, что ствол пистолета выдвинут.
«Черт, у меня же кончились патроны», — промелькнуло у него в голове.
12 часов 49 минут
Аманда осторожно пробиралась по тоннелю, теряясь в догадках о причине неожиданного исчезновения гренделя. «Куда же он скрылся?»
Свет фонаря на криво сидящем на голове шлеме скользил по ледяным стенам. На одной из них вдруг вспыхнул оранжевый символ. «Маркер, оставленный Лейси», — догадалась она и с воспрянувшей надеждой продолжила поиски разноцветных отметок.
Через несколько метров на голубой стене высветился зеленый ромбик, и Аманда с облегчением перевела дух — наконец-то она добралась до основной и разведанной части «подсобки».
Она поднесла к губам портативное радио и нажала на кнопку передачи:
— Всем, кто меня слышит. Я вышла на новый маршрут, помеченный зелеными ромбиками, и двигаюсь по нему. За последний час зверь поблизости не появлялся. Пожалуйста, помогите, кто может.
Аманда выключила радио, экономя батарейки, и мысленно помолилась: «Господи, пусть меня кто-нибудь услышит…»
Она ускорила шаг, следуя в мертвой тишине от одного ромбика к другому. Что-то подсказывало ей, что она приближается к обитаемой зоне ледового лабиринта.
В конце концов она отважилась отключить нашлемный фонарь и осталась в полной темноте.
«Теперь я глухая и слепая», — подумала она, почувствовав новый прилив страха.
Через некоторое время ее глаза привыкли к темноте, и она оглянулась по сторонам. Сердце ее радостно заколотилось, когда она увидела на темном потолке слабо мерцающую звезду — где-то в глубине лабиринта светил фонарик.
Она замерла, вглядываясь в светящееся пятно. Внезапно оно раскололось на две маленькие звездочки, которые стали быстро разбегаться друг от друга.
Одна медленно удалялась и постепенно исчезла. Другая, наоборот, загорелась ярче и стала быстро перемещаться в ее направлении.
«Спасатели… Кто-то наконец меня услышал», — с облегчением подумала она, но сдержала крик о помощи, опасаясь, что грендель может быть где-то поблизости. Включив нашлемный фонарь, Аманда решила двинуться навстречу спасительному огоньку.
Свет ее фонаря поглотил мерцание на потолке. Ей очень не хотелось потерять из виду луч последней надежды, но двигаться по ледяному лабиринту в темноте было слишком опасно. Кроме того, она боялась пропустить один из зеленых маркеров на стене — если спасатели услышали ее последнее сообщение, они должны были двигаться навстречу ей по тому же маршруту.
Аманда поспешила вперед, временами останавливаясь, выключая свет фонарика и сверяясь с ее положением относительно предполагаемых спасателей.
При каждой остановке она не забывала выполнять еще одну операцию.
12 часов 52 минуты
«Я по-прежнему следую по “зеленому” маршруту. Пожалуйста, будьте осторожны. Хищник, который убил Лейси и Коннора, все еще может скрываться в этих тоннелях».
Сообщения затерявшейся в лабиринте женщины продолжали звучать из динамика портативного радио, которое Грир передал Мэтту во время схватки с неизвестными монстрами. Мэтт несколько раз пытался ей ответить, но безуспешно — то ли сигнал был слишком слабый, то ли ее приемник не работал. Впрочем, у него и своих проблем было по горло.
Уже пять минут он сломя голову бежал по лабиринту, пытаясь скрыться от напавшего на него монстра. В результате атаки он оказался отрезанным от моряков, которые открыли огонь по зверю, но отвлечь его внимание от Мэтта так и не смогли. После небольшого замешательства разъяренное существо бросилось за ним, как львица за одинокой газелью.
Защититься от хищника Мэтту было нечем, и он уповал только на свои ноги. Он бежал, не оглядываясь, спотыкаясь и скользя по крутым спускам, ударяясь плечами о стены и выступы. Промедление было смерти подобно. Он помнил, с какой скоростью их атаковал изрешеченный пулями зверь, а сейчас за ним гнался его сородич, полный сил.
Через некоторое время Мэтт почувствовал, что монотонное жужжание в голове, появлявшееся с приближением монстров, сначала поутихло, а потом и вовсе исчезло. Похоже, существа издавали звук, находившийся за пределами волнового диапазона человеческого слуха.
Неужели ему удалось оторваться от хищника?
Из радио в кармане куртки вновь раздался хрип динамика:
— Пожалуйста… если вы меня слышите, помогите. Возьмите с собой оружие! Я по-прежнему иду по зеленым ромбикам.
«Какие еще, к черту, зеленые ромбики?»