Чтение онлайн

— Моего Бога занимали дела Монархии, котировки фондовой биржи и исход некоторых спортивных состязаний, — отрезал я. — Такую мелочевку, как вы, Он пока просто не заметил. Но когда заметит, вы узнаете, кто во Вселенной хозяин.

Командир долго смотрел на меня, я уже решил, что он собирается согласиться со мной и извиниться за развязанную войну, но услышал от него совсем другие слова.

— Думаю, наш департамент пропаганды будет очень доволен, если ты откажешься от своего Бога и поклянешься в вечной преданности нашему.

— Никогда! — проревел я.

— Нам потребуется десять минут, чтобы расставить голокамеры.

— Приносите камеры, если вам угодно. Но меня и Бога вам победить не удастся.

— Не понял.

— Ты меня слышал! Мы размажем вас по земле. Мы скинем вас с обрыва! Мы обрушим на вас наводнения и болезни, мы убьем всех ваших первенцев. Так что дважды подумай перед тем, как пытаться разлучить меня с моим Богом!

— Ты отказываешься отречься от своего Бога?

— Абсолютно.

— Даже если мы отрежем тебе руки и ноги?

— Отрезайте, что угодно. Они — всего лишь плоть. Вы не сможете отрезать мою бессмертную душу.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что ты — бессмертная душа? — спросил он.

— Именно так.

— Ты, возможно, думаешь, что я ничего тебе не отрежу, что мои слова — пустая угроза?

— Я надеюсь на это, потому что я привык к своим конечностям, но это и не важно. Ничто не заставит меня повернуться спиной к Богу, и я знаю, что Он никогда не повернется спиной ко мне.

— Любопытная версия. Думаю, мы сейчас ее проверим.

И он нацелил пистолет на мою руку.

— Одну минуту!

— Что такое? — В его голосе слышалось разочарование. — Ты отрекаешься от своего Бога еще до первого выстрела?

— Нет, — ответил я, — но разве ты не подождешь, пока принесут голокамеры?

— Нет. — Он покачал головой. — Гражданскому населению моей планеты неинтересно наблюдать невероятно жестокий и болезненный процесс расчленения. Их интересует только результат — твое согласие служить нашему Богу.

Он вновь прицелился.

— Ты кое-что забываешь! — в отчаянии воскликнул я.

— Что? — Он проверил пистолет. — Я забыл снять его с предохранителя?

— Ты забываешь, что я не говорю на твоем языке, поэтому, даже если я отрекусь от своего Бога, чего я никогда не сделаю, твой народ все равно меня не поймет.

— Мы переведем твои слова. А теперь, если пока тебе больше нечего сказать…

Я пытался найти какой-нибудь способ оттянуть неизбежное, когда он отстрелил мне левую кисть.

— Теперь у тебя появилось, что сказать?

— Да, — ответил я. — Чертовски больно.

— Это все?

— Нет.

— Продолжай.

— Может, кто-нибудь перевяжет мне руку?

— Мужества тебе не занимать, Билли Карма, нельзя этого не признать. — Он прицелился и отстрелил мне правую кисть.

— Сукин сын, больно же! — проревел я.

— Ты готов поклясться в верности нашему Богу?

— Продолжай стрелять, гребаный мерзавец!

Он продолжал, и я остался без обеих стоп.

— Господи, — взмолился я, — прости их, ибо не ведают они, что творят. — А потом добавил: — Но сначала заставь их немножко пострадать.

— Ты действительно веришь в то, что говоришь? — спросил командир.

— Можешь не сомневаться.

— Любое божество, которому так преданы, достойно уважения, — сказал он. — Расскажи мне о своем Боге.

— Я бы с удовольствием, — ответил я, — но кровь вытекает быстро и, боюсь, я потеряю сознание, не успев дойти до самого интересного.

Он согласился, кликнул врачей, и пока они перевязывали мне раны, я рассказывал им о Боге, и Святой Дух в тот момент действительно пребывал во мне, потому что еще до того, как они закончили меня штопать, я обратил в свою веру командира, солдат и всю медицинскую бригаду.

Я оставался на планете, пока все пришельцы не поверили в нашего Бога, после чего решил, что внес свою лепту в победу, на короткое время завернул в госпиталь, где мне сделали протезы кистей и стоп, и вернулся в «Аванпост».

* * *

— Богу, несомненно, повезло в том, что ты на Его стороне, — саркастически бросил Макс.

— Твоими устами глаголет истина, — согласился Билли Карма.

— Просто не понимаю, как Он справлялся со всеми делами до твоего появления, — продолжил Макс.

— Действительно, ему приходилось нелегко. Потому-то, возможно, Он потерял контроль над собой и завел роман с Марией.

— Ты про Деву Марию?

— Ну, она была девственницей, когда Он повстречал ее, — задумчиво заметил Билли Карма. — Черт, если бы я не остановил Его, он бы, возможно, в эту самую минуту делал предложение Силиконовой Карни.

— Я в этом сомневаюсь, — покачал головой Большой Рыжий.

— Почему? — спросил Билли Карма. — Вкус у него такой же отменный, как и у меня, и именно с ней я хотел бы уединиться.

— Возблагодарим небеса за маленькие радости. — С губ Золушки сорвался вздох облегчения.

Билли Карма посмотрел на нее.

— Извини. Не страдай из-за того, что тебя отвергли.

— Я это переживу.

— Если тебе будет легче, мы можем провести вместе часок-другой, пока Силиконовая Карни осознает, какое ей выпало счастье.

— Если ты к ней прикоснешься, — предупредил Никодемий Мейфлауэр, — я отрежу тебе конечность, о которой забыли пришельцы.

Билли Карма положил ногу на ногу и пискнул, как мышка: