Чтение онлайн

Первой проиграла курносая блондинка. Ей пришлось снять ночную рубашку и остаться в одном лифчике. Потом удача изменила ее подружке – девчонке, стриженной под мальчишку, с глазами олененка Бэмби. Та сняла пижамные штаны и осталась в одних красных бикини с бантиками. Потом снова проиграла блондинка, и ей пришлось снять лифчик. Все в комнате уставились на ее грудь с большими розовыми сосками. Больше всех таращилась, наверно, я, потому что еще никогда не видела обнаженную грудь. Случайно, бывало, видела пенисы своих братьев (однажды Сет сдернул с Майкла штаны смеха ради, а в другой раз Сет вышел из душа, поскользнулся, и с его бедер слетело полотенце), но женскую грудь – никогда.

– Эй, Кристи, точно не хочешь сыграть? – спросила Саммер, брюнетка с брекетами, когда почти все остались в одних трусах.

– Стесняешься? – улыбнулась блондинка.

– Не хочешь сиять тут перед всеми своими прелестями? – рассмеялась Бэмби.

– Оставьте подкидыша в покое, – вмешалась Маккензи и протянула мне бутылку. На этот раз я взяла ее и сделала маленький глоток.

– Ты – дочка того самого Джо МакАлистера, который всегда в новостях?

Я кивнула. Мой отец и правда мелькал в новостях, особенно если речь шла о запрете абортов или строительстве церквей.

– А эти парни, что часто забирают тебя из школы, – твои братья?

– Да, Майкл и Сет. Майкла я, правда, совсем редко вижу в последнее время, он поступил в духовную семинарию и хочет стать священником…

– У меня тоже брат есть, – сказала Маккензи. – Редкостный придурок.

– И у меня, – вздохнула Саммер. – И тоже придурочный.

– У Саммер брат – душка и красавчик, не верьте ей, – тоном эксперта сказала блондинка.

– Кто красавчик? Санни? Да ладно! – Саммер вскочила на ноги и двинулась к комоду. – У меня есть семейное фото, и там этот придурок тоже есть. Наставил мне рожки и испортил лучшую фотку. Вот смотрите. Ну что? Разве красавец?

В центр кровати упала фотография, на которой была Саммер в пышном белом платье и ее брат, который наставил ей рожки и, судя по лицу, был страшно собой доволен.

Ох!

Я уставилась на фото и медленно моргнула пару раз.

На незнакомом подростке был темно-бордовый свитер с золотой эмблемой на груди. И точно такой же носил один из Стаффордов на том фото, что я видела у родителей под кроватью! Тот же оттенок бордового и эмблема один в один! Значит, брат Саммер учился в той же школе, что и самый младший Стаффорд! Я не могла ошибиться. Все, что касалось Стаффордов, я почему-то помнила до мельчайших деталей.

– Таки да, Саммер, он красавчик, – заключила Бэмби. – У меня аж соски встали. Видишь? А на кого попало они не встают.

Маккензи повалилась на кровать, задыхаясь от смеха. Саммер упала лицом в подушку и задрыгала ногами. Блондинка зажала рот, а потом бросила в Бэмби подушку. И только я сидела на краю кровати совершенно неподвижно, не в состоянии отвести глаз от эмблемы на груди брата Саммер.

– А в какой школе он учится? – спросила я, наверно, чуть громче, чем следовало.

– Кристи, только не говори, что у тебя тоже соски встали, – прыснула Саммер.

Я не поняла, о чем она. Все мои усилия были направлены на то, чтобы прочесть маленькие буковки с названием школы, вышитые под эмблемой, и больше я ничего вокруг не замечала.

– Он учится в колледже Гонзага, – ответила Бэмби.

– Почему вы с братом учитесь в разных школах? – поинтересовалась я.

– Наши родители – сторонники раздельного обучения. Они считают, что пенисы и вагины должны расти отдельно. И вот в итоге мы здесь. У него – вечный мальчишник, а у меня – вечный монастырь. Господи, знали бы вы, какие там дискотеки по праздникам устраивают! Нашему монашескому ордену такое и не снилось. И еще они приглашают туда девчонок из соседнего колледжа. В прошлом году Санни взял меня с собой на Хеллоуин, было круто. Просто улетно! Не то что здесь.

До меня по кругу снова дошла бутылка, и я вновь приложилась к ней. Содержимое пахло спиртом и сладостью. Жгло язык и горло. Легкое головокружение и приятная слабость разлились в теле. Я еще никогда не пила алкоголь. Все вокруг вдруг стало простым и забавным. Подружки показались самыми лучшими на свете. Пансион – не таким уж плохим местом. И жизнь в целом – просто конфеткой.

– А в этом году ты туда собираешься? На Хеллоуин в тот колледж? – уточнила я, разглядывая содержимое бутылки на просвет. К сожалению, жидкости становилось все меньше и меньше.

– Ну… если Санни не будет козлом и позовет, то да. А что?

– Возьми меня с собой, – выпалила я.

Саммер задумчиво постучала по подбородку ногтем, покрытым розовым лаком.

– Мелковата ты. Сколько тебе, пятнадцать? И что я там с тобой делать буду, нянчить? Без обид, но нет.

– Меня не придется нянчить!

– Тихо! Да не ори ты так! – шикнула Маккензи.

– Пожалуйста, – прошептала я.

– Там кто-то за дверью, – пискнула блондинка, закрывая ладонью рот.

Девчонки замерли, и в следующую секунду мы услышали, как в замочную скважину вторгается ключ.

Из коридора на кровать упал яркий луч света и запечатлел сцену преступления во всей красе: ученицы школы святой Агаты, самой престижной школы для девочек во всей Ирландии, сидели кружком на разобранной кровати в полночь и – о ужас! – не спали. Хвала Иисусу, пока ключ поворачивался в скважине, Бэмби и Саммер успели натянуть майки, а Маккензи с блондинкой – пижамные штаны. Я успела набросить покрывало на гору рассыпанных по кровати карт. Темный силуэт в проеме двери шагнул в комнату, и я узнала мисс Де Вилль – зубастую и всевидящую комендантшу, которая отвечала за порядок и дисциплину во всем пансионе.

– Кто все это устроил? – спросила она таким голосом, что у меня на голове зашевелились волосы.

Блондинка издала странный клокочущий звук, будто ей перекрыли кислород. Саммер побелела как полотно. А Маккензи начала медленно сползать с кровати на пол, словно зомби увидела.

– Тогда вам всем грозит исключение, юные леди. Завтра ваши родители будут вызваны в школу и…

– Это я, мисс Де Вилль! – воскликнула я. – Это я!

Мисс Де Вилль, взгляд которой до сего момента ни разу не останавливался на моем лице, внезапно заметила меня и опасно прищурилась.