Чтение онлайн

Каждый его жест был красив. Отточен.

Все это было предназначено для обольщения.

Он двигался как шлюха.

Закрыв глаза, я хотела закричать на несправедливость всего этого. Он был первенцем. Он был тем, кто наследует трон, а оказался здесь…

Как они могли так с ним поступить?

И за что?

Из-за его глаз, непохожих ни на какие другие? Глаз, заставляющих людей чувствовать себя неуютно?

В этом мальчике не было ничего угрожающего. Он не был похож на Стикса, который, как известно, избивал и запирал людей чем-то ему не угодивших. Один бедный крестьянин был избит, лишь за то, что пришел во дворец босиком, так как не мог позволить себе иметь обувь.

Ашерон не подшучивал надо мной, и не насмехался над другими. Он никого не осуждал, не заставлял окружающих чувствовать себя ничтожеством.

Он просто сидел, и тихо ел.

Вошла какая-то семья и села за стол возле нас. Ашерон перестал есть, заметив мальчика и девочку. Мальчик был несколькими годами, моложе его, а девочка примерно его возраста.

Взглянув на его лицо, я поняла, что он никогда не видел всю семью, сидящую вместе за столом. И изучал их с любопытством.

— Я могу спросить, госпожа?

— Конечно.

— Вы и Стикс также обедаете с родителями?

— Они и твои родители тоже.

Он молча вернулся к еде.

— Да, — сказала я. — Мы иногда с ними обедаем. Но только не Ашерон. Даже когда он был дома с нами, его не допускали к семейному столу.

Больше он ничего не говорил. И не смотрел на семью. Он просто поел со всеми своими безупречными манерами.

Я с трудом проглотила несколько кусков, но, в конце концов, поняла, что больше не голодна.

Я вернулась с Ашероном в нашу комнату, чтобы подождать, пока возница накормит лошадей, и они смогут отдохнуть. Уже темнело, и я не была уверена, сможем ли мы сегодня вечером продолжить свой путь.

Я села на маленький стул и закрыла глаза, чтобы отдохнуть. Это был долгий день. Я только прибыла в Атлантиду этим утром и не ожидала столь быстрого возвращения. Не считая странного похищения брата у моего дяди. В настоящее время, все, что я хотела, это спать.

Я почувствовала присутствие Ашерона перед собой.

Открыв глаза, я увидела его снова голым, в одних цепях.

Я, нахмурившись, смотрела на него.

— Что ты делаешь?

— Я должен Вам за еду и одежду, госпожа. — Он стал на колени у моих ног и стал поднимать подол моего хитона.

Я вскочила, перехватив его руку.

— Я твоя сестра Ашерон, твоя родственница, ты не можешь так ко мне относиться. Это неправильно. Это недопустимо между членами семьи. Это невозможно.

Он с недоумением нахмурился.

И тогда я поняла, вспомнив его слова.

— Эстес… делает это… — Я не знала что сказать.

— Я плачу ему каждую ночь за то, чтобы он защищал меня.

Мне никогда в жизни не хотелось так кричать, и плакать, и все же, мои глаза были странно сухими — столько гнева и отвращения поднялось во мне к тому, что сделали с моим братом. О, если бы я могла оторвать руки своему дяде…

— Оденься, Ашерон. Ты ничего не должен мне платить.

Он оставил меня и сделал, как я просила.

Оставшуюся часть вечера я наблюдала за ним, в то время как он тихо сидел в углу, не пошевелив ни единым мускулом. Очевидно, этому он тоже обучался. Сколько ужасных открытий принес мне сегодняшний день.

Какой ужасной должно быть была, его жизнь.

Мой бедный Ашерон.

Я сказала ему, как рад будет отец, встретив его дома. Как счастлива будет видеть его мать.

Я рассказывала ему истории нашего дворца и то, какой большой будет его комната.

Он молча слушал, в то время как его глаза сказали мне, что он не верит ни единому слову, что я говорила.

Шлюхи не живут во дворцах.

Я могла ясно читать его мысли.

И если честно, сама начала сомневаться в своих словах.

4 ноября 9532 до н. э.

Ашерон молчал до конца нашего путешествия в доки так, что я начала беспокоиться. Он плохо выглядел. Фактически, он покрывался, потом и дрожал без всякой видимой причины. Его кожа стала ужасно бледной.

Всякий раз, когда я спрашивала о том, что с ним, он только отвечал, что иногда с ним иногда такое бывает.

Чем больше вокруг нас было людей, тем больше он нервничал.

— Эстес нас не найдет, — я сказала это надеясь облегчить его страх.

Это не сработало. Во всяком случае, он стал еще больше бояться.

Бораксис вернулся с нашими билетами на корабль через Эгейское море, который доставит нас домой в Didymos. Я знала, что действительно перестану бояться, только когда корабль отплывет.

Каждое мгновение я боюсь, что мой дядя найдет нас и заберет Ашерона назад.

После полудня нам позволили подняться на борт судна. Бораксис шел передо мной, а Ашерон позади меня.

Первый помощник капитана взял билеты у Бораксиса и дал ему указания, как пройти к нашей каюте но, когда мы проходили мимо него, он остановил Ашерона.

— Сними свой капюшон.

Я увидела панику в глазах Ашерона, прежде чем он выполнил приказ. Как только он это сделал, я почувствовала странное почти волнообразное ощущение, охватившее всех, кто был рядом с нами. Все взоры обратились к моему брату.

Первый помощник покачал головой и сказал мне.

— Госпожа, мы не позволяем рабам плыть на верхней палубе.

Я обвела его уничтожающим взглядом.

— Он не раб.

Первый помощник рассмеялся в ответ. Он потянулся к полоске вокруг горла Ашерона и вытащил его кулон в форме горящее солнце.

Ашерон не двигался и не говорил. Он только все опускал взгляд.

Первый помощник посмотрел на меня.

— Я могу понять ваше желание оставить tsoulus рядом с собой, миледи, но ему придется плыть в трюме, с другими рабами.