Шрифт:
Глава №1.1. "Размова"
Люд с периодом меняется, люди пьянствуют, вся интеллектуальная молодёжь от бездействия перегорает в несбыточных снах и собственных воображениях. Люди не станут как вечность обратно, по сей час люди: скрывают средства, убивают, лгут, а всё остальное развратничает людей. Вот моё ключевое вожделение: ветхие обязаны существовать в покое, приятели обязаны быть честными, младшие обязаны показывать заботу о старших.
Встречаются слишком мудрые люди – это те же пахучие цветы, когда один приятен, а от целого букета голова не выносит. У меня был подобный друг, в скором времени он прогорел на собственном же опыте.
Бывают люди, похожие на нули: им всякий раз нужно, дабы впереди их были цифры.
В этот момент миром правят молодые… Это может привести и к счастью, и к огорчению.
Верно, говорят: "За кем молодёжь, за тем и будущее".
Я также в молодости проводил время с приятелями и сам сознаюсь, собственно, что проделывал я все то, что делает младшее общество, но не заходя за рамки.
Но я недолюбливаю зрелых людей, которые запамятовали, что означает быть молодым.
Когда-то меня спросили: как же я проводил свое младенчество. Как мыслил? Собственно, что я делал?
В общем, меня обучили строго и в том числе, вероятно, не упоминали, но с юношества я проделывал неплохие действия, мне хотелось поддержать бедолагу, подержать дверь в метрополитене, а это временами занимало много времени. Еще я довольно обожал помогать старому поколению, что-то во мне это выделяло такового, что я потом не мог утихнуть. Но это не все ощущения, которые я чувствовал в собственной жизни…
Что такое чувства? Не любой имеет возможность ответить на данный вопрос… Так как не каждый ранил собственные коленки, не каждый кидался песком в детстве, и не каждый человек играл со своим лучшим другом.
Например, в подростковом возрасте… Не любой испытывал приверженность или же симпатию, так как это дано не всем, как и учеба.
Все уже в юношеском возрасте постановляют, кем будут в будущем, и я избрал лично свой неповторимый путь…
Я очень люблю говорить одну фразу: «Никакая драма не может быть лучше, чем драма собственной жизни». Прочитав полностью все 3 эпизода, вы поймёте, почему я так считаю…
Ладно. Довольно формальностей, переходим к книге.
Глава №1.2. "Начало"
– Сейчас мы покажем вам вашу судьбу!
–Но зачем?
–Чтобы вы могли согласиться и дать точный ответ. Хотите ли бы вы прожить с такой судьбой или нет?
–Покажите…
Я просмотрел, пролистнул несколько лет одним взмахом руки. Вглядываясь в каждый год, месяц, день, я решил…
–Я согласен с такой судьбой…
10.04.2007
Я родился в простое, на мой взгляд, время. На час седьмого года все мои прабабушки, прадедушки, бабушки и дедушки по маминой и папиной линиям, родственники – все были живы.
О моем рождении папа узнал на работе. Вскоре эта информация распространилась на всю семью, в общем, как и бывает в обычных семьях.
У мамы не было братьев и сестер в отличие от папы. У него была старшая сестра.
Я, Папа – Рома, Мама – Ирина, бабушка и дедушка по папиной линии – все мы жили далеко не в новом доме рядом с МКАДом.
Зато в этом месте у меня осталось очень много приятных и в том числе неприятных воспоминаний.
Первые три года я, как и большинство новорожденных детей, провел в простом манеже.
Игрушек в детстве у меня было предостаточно. Но детская совесть меня превышала, и я всегда хотел ещё… Просто быстро приедалась старая игрушка.
Двоюродный брат моей мамы подарил мне огромные ящики обычного конструктора лего. И мое воображение тут разыгралось. Я делал разные поделки, носил их в детский сад, куда угодно, лишь бы показать мою столь сложную конструкцию. Хочу сказать для информации, что я был в саду с Машей Горелик и Яной Жинь. Большую часть времени я и провел с Яной, мы часто гуляли на детской площадке и вместе ездили в сад. После из-за одного случая я перестал с ней общаться.
Помню, в детстве я был воришкой. Когда-то было дело, что я своровал у папы деньги. Всегда смотрел на блестящие банкноты и думал, как бы их заполучить? Когда никого не было дома, я взял стул и залез в полку отца. Она была в коридоре и прилично далеко находилась, но меня это не останавливало. Операция прошла успешно, но точно не безпоследственно.
Уже в четыре года я начал кататься на велосипеде, конечно, не обошлось и без падений. Велосипед мне подарила прабабушка. Мы частенько к ней заезжаем, ведь там жила и моя мама, и ее тетя.
В возрасте трёх лет меня отправили в детский сад. Там я и раскрыл свой первый навык. Я очень любит играть на публику. Я устраивал конкурсы, игры, театры. Единственный человек, который мог мне помешать и тем самым отменить все театры – это девочка, которая могла читать. Да, это было просто шедеврально в те годы. Все слушали, как она читает, а я просто грустил, но все-равно слушал, ее звали Кристина.
Ещё с детского сада я ненавидел кефир и сметану, но молоко просто обожал. Однажды я пролил целую кружку кефира на стол во время обеда – было неловко.
В саду у нас было время танцев. И только с этого момента, только тогда я понимаю, что значит любить. Все говорят, что первая любовь в школе, а вот нет, у меня уже была в детском саду. Эту довольно молодую девушку звали – Саша. И я даже написал ей стишок, но не осмелился спеть… Песня была довольно простой: "Саша, Саша, Сашенька я тебя люблю и песенку дарю". Не судите строго, ведь мы было тогда до пяти лет. Конечно, в депрессию я не впал, но пытался быть с ней ближе, особенно на танцах. После, судьба нас и развела.