Пауло Коэльо
Алхимик

Посвящается Н.Д.Л., которая сотворила чудеса, Кристине – одному из этих чудес, и Бриде

Или какая женщина, имея десять драхм,

если потеряет одну драхму, не зажжет свечи

и не станет мести комнату и искать тщательно, пока не найдет, а найдя, созовет подруг и соседок

и скажет: порадуйтесь со мною:

я нашла потерянную драхму.

Прежде чем начать

В «Дневнике мага» я заменил два ритуала RAM[1] упражнениями, развивающими способность восприятия, которым научился в ту пору, когда был тесно связан с театром. Хотя полученные результаты оказались в точности такими же, мой Наставник сурово выбранил меня. «Даже если существуют более короткие и легкие пути, Традицию никогда ни на что другое заменять нельзя», – сказал он тогда.

И потому на страницах «Бриды» описаны лишь те немногие ритуалы, исполнение которых предписывает многовековая Традиция Луны. Они – особого свойства и требуют большого опыта и твердого навыка. Исполнять их, не ставя перед собой определенной цели, – не только нежелательно, но и опасно, поскольку это может сильно затруднить духовный поиск.

Каждый вечер мы проводили в одном из лурдских кафе. Я – паломник, пилигрим, странник на Священном Пути в Рим, и мне предстояло прошагать еще много дней в поисках своего Дара. Она – Брида О’Ферн – на определенном отрезке этого пути направляла мои шаги.

И вот в один из таких вечеров я решил спросить, сильное ли впечатление произвело на нее некое аббатство, стоявшее на той, лучами расходящейся дороге, по которой в Пиренеях идут Посвящаемые.

– Я никогда не бывала там, – ответила Брида.

Меня удивили ее слова. Ведь она-то как-никак уже обладала Даром.

– Все дороги ведут в Рим, – сказала она, напомнив мне этой старинной поговоркой, что Дар может быть пробужден где угодно. – Я свой римский путь[2] проходила в Ирландии.

И при следующих наших встречах она поведала мне историю своих духовных поисков. По окончании я спросил, можно ли мне когда-нибудь записать услышанное.

Сначала она согласилась. Но потом, при каждой новой встрече возникало какое-либо препятствие. То Брида просила изменить имена героев, то интересовалась, что за люди будут читать эту книгу и как, по моему мнению, они воспримут ее.

– Этого мне знать не дано, – ответил я. – Но, думаю, ты не поэтому постоянно ставишь мне палки в колеса.

– И правильно думаешь, – сказала она. – Просто мне кажется, что это очень своеобразный опыт, и едва ли он сможет пригодиться кому-нибудь еще.

Так что сейчас, Брида, мы с тобой рискуем вместе. Безымянный текст Традиции учит, что люди делятся на две категории: одни строят, другие растят. Первые годами могут биться над поставленной задачей, но в один прекрасный день выполняют ее. И после этого останавливаются и замыкаются в четырех стенах своего бытия. Когда эти стены возведены и постройка окончена, жизнь теряет смысл.

Но есть другие – те, кто выращивает. Они порой страдают от бурь, от смены времен года и редко могут позволить себе отдохнуть. Но сад в отличие от возведенного здания никогда не прекращает расти. Да, он постоянно требует от садовника рачительного присмотра, но все же дает возможность сделать жизнь непредсказуемо увлекательной.

Садовники рано или поздно находят друг друга – ибо знают, что в истории каждого растения, как в капле воды, отражена история всей Земли.

Пауло Коэльо

Ирландия

Август 1983-го – март 1984 года

Лето и осень

– Я хочу научиться магии, – промолвила девушка.

Маг оглядел ее с ног до головы: одета в выцветшие джинсы и футболку и держится с тем обманчиво вызывающим видом, который чаще всего присущ людям застенчивым. «Я, наверно, вдвое старше ее», – подумал он. Но знал при этом, что перед ним – Иная Часть его самого.

– Меня зовут Брида, – продолжала девушка. – Простите, что не сразу представилась. Я очень долго ждала этой минуты и волнуюсь сильней, чем думала.

– Зачем тебе магия? – спросил он.

– Чтобы ответить на вопросы, которые ставит передо мной жизнь. Чтобы овладеть потаенным могуществом. И, может быть, чтобы странствовать в прошлое и в будущее.

Он все это слышал уже не раз, и девушка эта была не первой, кто приходил к нему в этот лес. Некогда он был очень знаменитым и очень уважаемым Магом. В те времена он из множества учеников отбирал себе нескольких и верил, что мир будет меняться сообразно тому, как сумеет он изменить людей, которыми окружил себя. Но однажды была совершена ошибка. А маги, учащие Традиции, ошибаться не имеют права.

– Не слишком ли ты молода для этого?

– Мне 21 год, – ответила Брида. – Если бы захотела учиться балету, мне сказали бы, что уже поздно.

Маг сделал ей знак следовать за ним. И вдвоем, в молчании, они двинулись по лесу. «Красивая, – думал Маг, глядя, как быстро удлиняются тени деревьев: солнце висело уже у самого горизонта. – Но я вдвое старше ее». И это значило, что вероятней всего он будет страдать.

А Бриду раздражало, что человек, идущий рядом, все время молчит – на ее последнюю фразу он даже не соизволил отозваться. Влажная земля была устлана палой листвой; девушка тоже заметила, как удлинились тени, возвещая пришествие сумерек. Скоро станет темно, а фонаря они с собой не взяли.

«Мне следует довериться ему, – думала Брида. – Если я верю, что сумею научиться у него магии, надо верить и тому, что он проведет меня по лесу».

Они продолжали путь. Он, казалось, шел наугад, ни с того ни с сего вдруг меняя направление, будто огибая невидимое и неведомое препятствие. Три или четыре раза они прокружились на одном месте.

«Быть может, он меня испытывает». Брида решила довести этот опыт до конца и постараться показать своему спутнику, что все происходящее – в том числе и топтание на одном месте – для нее вещь совершенно обыденная.

Она приехала издалека и долго ждала этой встречи. От Дублина до этого крохотного городка было полтораста километров, автобусы были неудобные и ходили безо всякого расписания. Она рано поднялась, три часа была в дороге, расспрашивала жителей городка об этом странном человеке, объясняя, что ей от него нужно. И наконец ей показали тот лесок или рощу, где он обыкновенно находился днем – но сначала предупредили, что он уже пытался соблазнить одну местную девушку.

«Интересный человек», – подумала Брида, боясь поскользнуться на влажных листьях, устилавших землю, и молясь про себя, чтобы солнце еще хоть немножко повисело над горизонтом – дорога теперь шла в гору.