Шрифт:
Виктор Глебов
АЛЕФ
(с) Оформление: Виктор Глебов
Издательство REDBOOK, 2018 г.
Ограничение 18+
От автора
Автор обращает внимание читателей, что все эпатирующие заявления, присутствующие в данной книге, делаются её вымышленными персонажами - в частности, главным героем. Их точки зрения и мнения являются их характеристиками, они могут не совпадать - и, как правило, не совпадают - с точкой зрения и мнением автора и уж точно не служат пропагандой уже хотя бы по той простой причине, что показывают героев с отрицательной стороны. Автор надеется на адекватное восприятие читателями данных аспектов книги и заявляет, что, со своей стороны, чтит законы РФ и не имеет намерения нарушить их ни в слове, ни в духе.
Предисловие
Новый роман Виктора Глебова - ядрёный коктейль из киберпанка, классического детектива, нуара с примесью библейских мотивов. Взболтать, но не смешивать. Пить умеренными дозами, делая паузы на размышления. Именно так. Иначе ничего не поймете.
В этом романе вы не найдете прямой сюжетной линии, ведущей из точки А в точку Б. Вскрывать слои нужно постепенно, пробуя на вкус каждую мысль, которую автор вложил в уста того или иного персонажа, двигаться неторопливо и вдумчиво. Роман не только для развлечения, но и для мозгов.
Александр Матюхин
«Откуда берёшь ты смелость, - сказал мне
однажды Тамбиев, - так сходно изображать
человека, созданного по подобию Аллаха?
Души ты не можешь ведь дать твоему
изображению. Смотри, когда ты умрёшь,
на том свете твои суреты отнимут у тебя
покой, требуя для себя бессмертной души;
а откуда ты её возьмёшь?»
Ф. Ф. Торнау «Воспоминания кавказского офицера»
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Убийцы, трупы, глобальная угроза и азотная кислота
Глава 1
Фабрика, владельцем которой я являюсь, выпускает уродов. Да, именно так, маленьких отвратительных ублюдков здесь заспиртовывают, накачивают формальдегидом или покрывают слоем стеклопластмассы, а затем продают по всему миру.
Сейчас я в своём кабинете - просторной комнате на пятнадцатом этаже недавно построенного небоскрёба, который включает сто двадцать этажей и целиком сдан в аренду под офисы различных компаний. Чем лучше у фирмы идут дела, тем дольше её сотрудникам подниматься на лифте. Этакая современная Вавилонская башня, выстроенная во имя коммерческого успеха и благодаря ему. Последний ярус практически упирается в небо - там трудятся «боги». Так мы, обитатели нижних этажей, их называем.
Чем больше у фирмы доход, тем сильнее гордыня её владельца, и тем выше он сидит. Я мечтаю вознестись на вершину этого фаллического Олимпа, исполненного в стекле и бетоне, обозреть распростёршийся у подножия город и почувствовать себя построившим свой мир, в котором нет места жалости, стыду или сомнению.
Но пока что я занят попыткой сбыть один из экземпляров нашей продукции. Мистер Бриджес мне омерзителен - впрочем, не более чем любой другой посетитель моего кабинета. Он надутый и самодовольный психопат, решивший, что собирать уродцев - модно. У него в глазах нет ни интеллекта, ни даже здравого смысла - только азарт. Наверняка подобные ему личности украшали некогда свои кабинеты креслами, обтянутыми человеческой кожей, и покупали ненаглядным фройляйн гребешки из костей убитых в Бухенвальде евреев.
– Обратите внимание, сэр, перед вами редчайший представитель «русалки», - говорю я развалившемуся на стуле извращенцу.
– Помнится, такого в вашей коллекции ещё нет. Прошу, оцените остроту и длину хвоста. Он аккуратнейше заштопан нашим лучшим мастером - шва почти не видно, и экземпляр выглядит совершенно, как живой.
– Да, действительно прелесть, - соглашается толстяк, поправляя соскальзывающие с потного носа очки, - но, к сожалению, я уже приобрёл такого частным путём на прошлой неделе, и он гораздо крупнее. Гораздо.
– Но, уверен, не такой тонкой работы, сэр, - учтиво замечаю я, демонстрируя ему содержание банки на свет. Полный идиотизм. Я чувствую себя ярмарочным зазывалой, но меня забавляет, что Бриджес воспринимает всё так серьёзно.
– Безусловно, репутация вашей фирмы не подлежит сомнению, - он вяло улыбается, давая понять, что я должен расценить эту жалкую сентенцию как комплимент, - однако второй экземпляр мне ни к чему. А вот нет ли у вас «сирен»?
– Отчего же?
– говорю я, придвигая другую банку.
– Вот замечательный малютка, совершенно свежий, вчера доставили из Малайзии. Обратите внимание на пигментацию кожи, она целиком сохранена благодаря нашей новой эксклюзивной технологии обработки эпидермиса.
Клиент благоговейно принимает из моих рук сосуд с плавающим в зеленоватой жидкости трупиком и несколько минут восхищённо рассматривает его со всех сторон, а затем, бережно поставив на край стола и стараясь казаться равнодушным, произносит:
– Ну, и сколько же он стоит?
– Одну минутку, - отвечаю я.
– Сейчас только справлюсь по каталогу, - мне нужно подержать Бриджеса в напряжении, чтобы ему по-настоящему захотелось поместить этого заштопанного младенца в свою коллекцию.
– Тридцать пять тысяч, - объявляю я спустя полминуты и вижу, как на лице толстяка появляется счастливая улыбка.
– Могу я забрать его прямо сейчас?
– Разумеется, сэр. Если произведёте оплату.
– Само собой.
– Наличные или карта?
Бриджес выбирает последнее.
Прощаясь, он одной рукой прижимает к груди драгоценного уродца, а другой хлопает меня по плечу и восклицает:
– С вами так приятно иметь дело!
– Вы наш лучший клиент, сэр, - отвечаю я и, проводив Бриджеса до двери, возвращаюсь к столу.
Стол - моя гордость. Длинный и широкий, идеально ровный, вырезанный из цельной панели красного дерева, по краям он отделан шлифованной сталью.