Шрифт:
Меня зовут Сергей.
Всего шесть недель назад я работал небесным ангелом-хранителем под началом архистратига Божественной Силы Михаила.
Он не знал, что я замышляю. А я догадывался, чем это для меня закончится.
Ради любви к своей подопечной – юной девушке Марии – я совершил тягчайшее преступление. Я убил в её сердце доверие и веру в Бога, чтобы вырвать её из лап сектантов. За это я был низвергнут в ад и сделался демоном отряда страха перед будущим…
Я не хочу оставаться бесом. Я никогда не желал предавать свой мир. Но, если моя жертва, помогла моей подопечной, я приму весь груз здешней жизни.
О чем это я?! Я хочу вернуться на небо, снова быть ангелом. Я попытаюсь оставаться им хотя бы чуть-чуть, даже служа дьяволу.
Я знаю, что когда-нибудь и как-нибудь у меня всё будет хорошо. Хотя сейчас мне кажется, что все эти мысли напоминают предсмертную записку. А тут ведь даже и умереть нельзя в полном смысле этого слова.
Кто-то мог ошибиться в адском устройстве, но не Сергей. Он изучил теорию преисподней, ещё когда учился в школе ангелов.
В аду не пылал огонь, не было котлов и старых добрых вил, ужасных на вид. Демоны внешне напоминали людей, как и небесные ангелы. Весьма красивых, надо сказать, если речь шла о высшем обществе преисподней, которое составлял Князь преисподней с супругой, его генералы и ближайшие любовницы. Да и в войсках Князя служили крепкие ребята «что надо». Простым же искусителям оставалось довольствоваться крохами энергии из господских рук.... И это немедленно отражалось и на усталых лицах, и на иных возможностях.
Бескрайняя сеть каменных катакомб, коридоров-улиц – вот что представляла из себя преисподняя, находящаяся в ином, нежели люди, измерении. В ней всегда царили полумрак и доводящий до медленного помешательства рассудка холод. В стенах были высечены комнаты-дома – пристанища бесов. Паутина улиц, словно образуя огромную мишень, сходилась на Главной площади ада. Демоны всех специализаций стекались сюда после рабочего дня, чтобы получить причитающиеся им после смены силы и как следует отдохнуть перед следующим рабочим днем.
Простые искусители жили от зарплаты до зарплаты, исчисляемой в энергии греха, стекавшейся в руки падшего архангела. Ей тут платили за все, начиная от возможности нормально выглядеть и хорошо себя чувствовать, заканчивая «покупкой», а вернее, созданием предметов домашнего обихода и развлечениями. Последние были самыми обычными: карты, выпивка, жаркие объятия. Мужчинам и женщинам, бесам не были чужды самые обыкновенные страсти, хотя некоторые предпочитали что-то более изощренное…
Ад состоял не только из непосильно тяжелой работы демонов, фактически без всяких выходных. Он царил в сердцах. И не было никого, кто со временем не подчинился бы его изламывающей, манящей и страшной в своей ненависти силе.
Попав в самый захудалый адский отряд, Сергей не уследил, как втянулся в выполнение новых для него обязанностей. День шел за днем, мокрица будила его с утра вместо будильника, усталость усыпляла вечером. Да, демонам просто необходим был сон. Особенно, когда заканчивались заработанные силы. Тяжеловесные тела напоминали людские: в них текла кровь и балластом болтались дохлые органы, помогавшие, однако, получать удовольствия от жизни.
Сергею начинало казаться, что жизнь и должна быть такой. Его это пугало. Больше всего он боялся, что когда-нибудь смирится с адом.
Однако этот страх не мог повлиять на то, что он сегодня, как и вчера, возвращался в половине десятого вечера с Земли обратно в преисподнюю, чувствуя обычное утомление и пустую успокоенность. Даже раздражать всё вокруг нежданно перестало, и пристань кто-нибудь к нему сейчас, Сергей бы просто огрызнулся и пошел бы дальше. Это постепенно становилось для него естественным…
Войдя на площадь, Сергей сразу заметил, что сегодня припозднился. На ней уже собралось достаточно народу, и кожей спины ощущалось начало бурной ночной жизни.
Сергей двинулся по краю Главной площади, держа путь в затерянный угол, отведенный для самого ненужного в аду отряда. Приблизившись, он мельком увидел отдыхавших после работы коллег. Между ними шло какое-то ленивое обсуждение, но он не мог разобрать слов.
– Я пришел, – Сергей остановился перед начальником отряда.
Его не удивил холодный прием. Видно, шеф торопился, и опоздание демона неоправданно задержало его на работе. Сергей не стал лишний раз открывать рот, просто дождался, пока ему выдадут зарплату и смиренно кивнул в знак благодарности.
Хмурясь, начальник исчез в темноте. Верно, и его не обошли личные проблемы. Сергей легонько выдохнул и повернулся, намереваясь идти домой. Случайно он еще раз взглянул на свой коллектив. Демоны страха перед будущим всё-таки выяснили отношения. Состроив обиженную мордашку, неформальный лидер отряда Сандра заявила, что ей нужно к себе. Игриво попрощавшись, она поспешила с эффектом удалиться. Остальные продолжили стоять на месте, молча озираясь по сторонам и будто силясь решить, нужны они сегодня друг другу или нет.
Сергей убрался от них восвояси. Его в этом клоповнике не воспринимали. Кретином зарекомендовал себя, кретином и останется. Впрочем, глядя на мир вокруг, Сергей понимал, что кретинизм в нем носит весьма оценочный характер. Так, проработав здесь две недели, Сергей осознал, насколько правы были те, кто говорил ему о посредственности и бездарности большинства бесов. Они процветали в отряде алым цветом, если можно было так экстравагантно выразиться. Если женщины еще хоть чем-то выделялись, то среди мужчин, кроме тупых рассуждений и не менее идиотского в желании распушить остатки перьев поведения, не было ничего. Бесхребетные ленивые утюги, которых держали только потому, что больше служить в этом убогом отряде было некому. Сергей сам слышал, как начальник регулярно отчитывал их за гениальную тупость. И все равно изо дня в день повторялись одни и те же ошибки. Необучаемость, неумение работать, неумение жить, неумение ничего… Пентюхи и увальни. И самое смешное, что с ними все равно любезничали женщины, строя глазки и хихикая над плоскими шутками и пошлыми замашкам, считая, что это – верх мужественности. Видать, лишь на том основании, что те были мужчинами…