2012
Шрифт:
Не успев ничего понять, Настя поднесла трубку к уху. И услышала:
– Дочка, ты? Жива? Ты где сейчас?
– Па? Привет… Я… погоди, где я сейчас? А, конечно. На работе. Ну, ты знаешь, где: во Втором офисе. Да, жива, даже здорова. А у тебя что? В порядке?
– Дочка, слушай: это хорошо, что ты там. Никуда не уходи, слышишь? Дождись, скоро должны подъехать…
– Сюда? Кто?
Трубка усмехнулась:
– Люди, тебе знакомые. Знаешь, а мне твой полковник понравился. По-моему, нормальный мужик.
– Папа! Не говори загадками! Ты о чём? О ком? Где ты его видел?..
Но по эфиру уже шёл отбой.
Настя стала набирать отцовский номер. Но в дверь позвонили. Резко, уверенно.
Она кинулась открывать.
– Борис Максимович, вы?!
И кинулась, раскрыв руки, чтобы обнять, прижать…
И Котовский тоже – обрадованно, хотя и несколько удивлённо – протянул руки навстречу.
Но девушка проскользнула мимо. И обняла другого, и лицом прижалась к другой груди.
Нет, не к отцовской – хотя старый Ре тоже почему-то оказался среди приехавших. На него она лишь бросила вопросительный взгляд, на что он пояснил:
– Понимаешь, кружка разбилась – вот приехал купить…
Но дочь его уже не слышала.
Неизвестно, сколько продолжилась бы немая сцена, не зазвони в это время телефон в кармане командующего дивизией.
Служба есть служба. И Курилову пришлось, хотя и медленно, осторожно высвободить одну руку, извлечь телефон и не очень любезно рявкнуть в трубку:
– Первый! Ну, что там?..
Минуту с лишним он молчал, слушая. Потом сказал:
– Пригласить, устроить, как положено. Будем через…
– Пяти минут хватит, – подсказал вполголоса Ре.
– …через пять минут. У меня всё.
Закрыл трубку и сказал Насте:
– Прости. Будь дома. Позвоню. Приеду. Обязательно.
И повернулся к Котовскому:
– Пора. Едем. Нас ждут.
– Куда? Зачем? И – кто нас ждёт?
В тоне, однако, не чувствовалось удивления. Скорее озабоченность.
Курилов ответил:
– Природа. Та, что не терпит пустоты.
Нет, жизнь всё-таки не кончается.