ВЕЛИКОДЕРЖАВНЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАЦИИ

В результате необратимого развития в России буржуазно-капиталистических преобразований, зарождения средних имущественных слоёв горожан последнее время множатся представители русского населения, кто начали бессознательно чувствовать, – народ и нация не одно и то же, – и некоторые из них всё настоятельнее требуют понятного и исчерпывающего ответа – в чём заключено принципиальное отличие нации от народа? Однако в стране до сих пор повсеместно и без исключения в понимании этих слов царят полный сумбур.

Для русского же революционного национализма понятие нация есть базовое понятие, основополагающее понятие. Без определения его сути рассуждения о национализме и национальной революции политически наивны, похожи на рассуждения девственницы о семейной жизни.

Так что же такое есть нация? Зачем понадобилось вводить это понятие в политический лексикон?

Для ответа на данный вопрос надо взглянуть на историческое становление первого после эпохи античности собственно буржуазно-капиталистического общества, а именно английского. Оно, это становление, представляется тем более наглядным, показательным и поучительным, что получило очень образное теоретическое обоснование участниками трагически напряжённого творческого осмысления последствий английской буржуазной революции 1640 года, современниками зарождения и развития новых экономических и общественных отношений, ещё не знающими, что из этого получится.

Становление английской буржуазного общества, английского буржуазного государства происходило не по накатанной колее, а эмпирически, через тяжёлый опыт, пробами и ошибками, огромной кровью и неисчислимыми жертвами – в течение почти полутора столетия. И было прямым следствием великих географических открытий и вызванных ими – как глубочайшего мировоззренческого кризиса католицизма, так и быстрого изменения структуры хозяйствования в приморских государствах Западной Европы. Однако сами великие географические открытия подготавливались в предыдущих, средних веках западноевропейской истории, что предопределило характер и размах вызванных ими потрясений в укладе жизни целого ряда стран, потрясений, как раз и приведших к буржуазным революциям сначала в Нидерландах, а затем в Англии.

В Западной Европе с конца первого тысячелетия от рождества Христова обострилась проблема обезземеливания. Первый Крестовый Поход был самым непосредственным образом обусловлен этой проблемой, а его практической целью были освоение и колонизация ближневосточных земель и переселение туда избытка католического христианского населения для укрепления влияния пап в этом регионе. Несмотря на предпринимаемые несколько столетий совместные усилия папства и феодальных государств Западной Европы программа эта провалилась, а проблема перенаселения осталась. Решалась она главным образом эпидемиями и неурожаями, голодом и мором. Однако Крестовые Походы в течение нескольких веков укоренили в сознании феодальных сословий католического мира, в простом крестьянском населении идею заморской экспансии и колонизации, сделали её неотъемлемой и традиционной в культуре, в мифах, в мечтаниях и проектах мыслителей. Они же вызвали создание материальных средств для обслуживания переброски кораблями больших масс войск, переселенцев и животных на большие расстояния.

Крестовые походы накопили опыт тактики ведения жестоких войн небольшими отрядами, которые выживали только с истреблением противника и жестоким порабощением туземцев, тактики недоверия к коренному населению и вытеснения его с земель для освобождения её поселенцам. Они же породили по-военному дисциплинированные монашеские ордена, укоренили в них традиции наступательной и предприимчивой миссионерской деятельности, которая часто сочеталась со сбором разведывательных данных о противниках, с изучением их быта и нравов ради дальнейшего практического использования в дипломатических и иных целях.

Поэтому первые географические открытия Колумба упали на подготовленную почву. Они лишь повернули идею заморской экспансии и колонизации от Ближнего Востока к Новым Индиям, то есть к Северному и Южному американским континентам. И действительно, экспансия западноевропейцев из приморских стран на другие континенты, жестокая и эффективная колонизация новых земель происходила подобно разжимающейся пружине, с энергией, до сих пор изумляющей историков, однако не удивительной для современников.

В прибрежных странах Западной Европы после великих географических открытий стали быстро разрастаться старые и возникать новые портовые города для обслуживания кораблестроения и бурного роста товарного обмена с новыми и новыми колониями по всему свету. Толпы бывших крестьян, ненужных феодалам из-за обезземеливания и обречённых на голодную смерть в прежних условиях феодального хозяйствования, стали перемещаться в эти города и становились как дешёвой наёмной силой, так и переселенцами в колонии, способствуя быстрой урбанизации приморских стран Западной Европы.

Возникновение мануфактурного производства сначала в Англии, а затем и в других европейских странах ускорило урбанизацию. А необходимость вести в деловых операциях непрерывно увеличивавшийся учёт самым разнообразным производимым, отправляемым и привозимым товарам, денежным доходам и расходам поднимала в глазах городского населения ценность и престиж образования и грамотности. Через торговлю и описания путешественников оно узнавало о множестве диковин, какие не упоминались библией. А из портовых городов в среду западноевропейцев широко распространялись рассказы и сказки о неизвестных прежде католической христианской культуре государствах и народах, целых континентах с дикими племенами. Такие быстрые изменения в знаниях, образе жизни и интересах привели к рационализации мировоззрения горожан, нанесли серьёзный удар по влиянию религии на их мировосприятие и мораль, как ржа сталь, подточили последние опоры авторитета церкви.

Авторитет этот к тому времени уже переживал кризис, что было следствием Крестовых походов и превращением нескольких городов Италии в центры Средиземноморской торговли. Торговля обогащала обслуживающие её города, подтолкнула в них рост свободомыслия, увлечения античными историей, культурой, философией – и в конечном итоге привела к эпохе итальянского Возрождения. Расшатывание средневекового, выстроенного на непререкаемых догмах католического мировоззрения, а так же уменьшение роли и значения доходов от земледелия в сравнении с торговой и ростовщической спекуляцией при столкновении с духом Возрождения переросло в кризис морали и нравственности в самой церкви, символом чего стала торговля индульгенциями и скандальная аморальность поведения ряда пап. Великие географические открытия в таких обстоятельствах столкнули с духовного пьедестала средневековый абсолютный авторитет католической церкви окончательно и бесповоротно.

Христианское мировоззрение освящало господство феодальных земледельческих отношений собственности, которые сложились в средние века и стали традиционными, повлияли на устройство государственной власти и общественных отношений. Постепенно накапливающийся в приморских городах западноевропейских стран кризис веры в христианскую догматику порождал кризис доверия в разумность и справедливость таких отношений, основанных на наследственных привилегиях немногих вершить суд и изменять закон в своих интересах и наследственной покорности и смирении с этим подавляющего большинства податного населения. Западноевропейская история уже с заката Средних веков пестрит событиями, связанными с восстаниями то в одном городе, то в другом всё более многочисленных горожан, постоянно раздражаемых такими отношениями. Но с кризисом католического мировоззрения восстания стали происходить чаще и чаще, характер противостояния горожан произволу феодалов неуклонно ожесточался. Восстающие требовали частичной или полной отмены феодальных привилегий и норм права, установления новых отношений, справедливых по их мнению, которое становилось сословно буржуазным по своей сути вследствие всё более осознаваемых и укореняющихся в новых поколениях горожан буржуазных интересов. Поскольку католицизм безусловно защищал привилегии феодалов и церкви, в среде буржуазии началась его рациональная ревизия, – сначала гуманитарными мыслителями и философами, к примеру, Эразмом Роттердамским, потом богословами. В первой четверти 16 века богословы Мартин Лютер и Жан Кальвин решительно переписали Библию, приспосабливая её под требования широких масс буржуазии и, тем самым, дали горожанам религиозную идеологию протестантской Реформации, призванную способствовать объединению их совместных усилий для борьбы со средневековым феодализмом.