Серебряная маца

Рабби Авраам Колонимус возглавлял крепкую еврейскую общину в Регенсбурге, баварском городе на реке Дунай. Однажды, незадолго до праздника Песах, Рабби Авраам допоздна засиделся за чтением Талмуда. Свечи почти догорели. И вдруг некий голос окликнул его: "Рабби Авраам! Рабби Авраам! Отложи свои книги и спасай общину от беды!" Рабби Авраам взглянул - перед ним стоял его великий предок, знаменитый своей святостью рабби Иегуда Благочестивый. Видение не длилось и доли секунды, и рабби Авраам так и не понял, во сне или наяву это было. Но слова запомнил точно. Рабби Иегуду называли "баал га-нес" - человеком, который творит чудеса. О какой беде он говорил? Почему так внезапно появился? Долго ходил рабби Авраам по комнате, раздумывая, как же теперь быть. И наконец решил подышать прохладным ночным воздухом. Накинув плащ, рабби Авраам вышел на темную тихую улочку. Он брел без цели, занятый своими мыслями, как вдруг заметил огонек. В подвальном окошке слабо мерцала свеча.

Рабби Авраам огляделся. Он стоял у входа в пекарню Гетца Фастинга. Именно здесь евреи Регенсбурга каждый год выпекали мацу - снимали здание на целую неделю, чисто убирали его, приносили посуду, утварь и муку. И только подмастерье пекаря оставался с ними, чтобы присмотреть за печью, пока евреи своими руками пекут мацу.

В другой раз рабби Авраам и не удивился бы этому огоньку. Ведь пекари принимаются за работу рано, когда все еще спят. Но что-то манило его к окошку. Он приблизился и вздрогнул от того, что услышал. Внутри кто-то затевал против евреев заговор.

Рабби и прежде слышал этот голос, но сколько ни припоминал, узнать его не мог. Он отдавал распоряжения - украсть из церкви священное для христиан причастие, затеять у входа в пекарню драку, схватить любого из идущих мимо евреев. Евреи непременно выбегут из пекарни выручать своих. А как только пекарня опустеет, подмастерье бросит украденное накануне причастие в приготовленное для мацы тесто. Появятся стражники, чтобы утихомирить драку, и евреев уличат в краже и святотатстве. А уж расправиться с ними сумеет толпа.

Смертельный холод объял рабби Авраама. Не успел он шелохнуться, как из подвала вышел высокий, плотный человек и быстро зашагал прочь. Черная накидка и широкополая шляпа скрывали его лицо, но опять показалось рабби Аврааму, что они уже встречались. Но где и когда - вспомнить так и не мог.

На утро весь совет общины направился к Гетцу Фастингу договариваться о выпечке мацы. И рабби Авраам пошел, надеясь еще хоть что-нибудь узнать. Договорились быстро, и вскоре довольные евреи покинули пекарню. Рабби Авраам не жалел, что пошел с ними - хватило и взгляда на лицо Йорга Геррика, подмастерья пекаря, чтобы понять: этот человек будет только рад погубить евреев. Но кого скрывали черная накидка и шляпа? Кто накануне отдавал жуткие распоряжения?

Через три дня надо было начинать печь мацу, а рабби Авраам никак не приблизился к разгадке. Он все расхаживал по своей комнате и думал, когда появился посыльный от бургомистра. Рабби Авраама, официального главу еврейской общины Регенсбурга, приглашали на заседание городского совета. У рабби Авраама не было ни времени, ни желания идти. Но нельзя было таким приглашением пренебречь.

Заседание оказалось бурным. Обсуждался вопрос о городских пошлинах на привозимые из-за границы товары. Часть советников во главе с бургомистром заявляла: "Не следует облагать пошлиной ввозимые товары. Потому и сделался Регенсбург важным торговым центром всех придунайских земель, что мы разрешаем свободную торговлю".

Их противников возглавлял льноторговец Густав Лебединг, один из самых богатых и влиятельных граждан Регенсбурга. "Пошлина послужит не только защитой наших товаров от конкуренции с иноземными, но и важным источником дохода", - важно произнес он. И тотчас рабби Авраам узнал этот голос! Именно он отдавал приказы в пекарне! Теперь-то Рабби Авраам наконец узнал, кто стоит во главе заговора против евреев!

Не переставая благодарить Провидение за свое открытие, рабби Авраам слушал дальше. Он знал, что Густава Лебединга мало волнует процветание города. Его интересует только свой собственный барыш. А конкуренция с еврейскими торговцами, поставлявшими отменные французские товары, ему мешает. Вот почему Густав Лебединг и обрушился на еврейских кунцов Регенсбурга: "Эти обманщики-евреи разоряют нас! Они привозят иноземные товары, а наши местные ремесленники несут убытки".

Рабби Авраам встал и попросил слова "Проверьте городские записи, - сказал он.
– Спуститесь в гавань, поговорите там с работниками, порасспросите народ на улице. Любой скажет, что город превратился в богатый и известный центр торговли благодаря трудолюбию и прилежанию евреев. Нашими трудами пополнилась городская казна!" И рабби Аврааму удалось убедить большинство советников. Предложение назначить пошлину на ввозимые товары было отклонено.

Рабби Авраам сразу же поспешил домой: созвал к себе старейшин общин и рассказал о готовящемся заговоре. И они придумали, как им быть. С молитвой на устах рабби и старейшины расстались.

Уже второй день пекли мацу евреи, когда в самое оживленное время, ближе к вечеру, напротив пекарни начала собираться толпа. Раздавались крики, послышалась брань: "Для своей мацы эти евреи украли святое причастие из церкви! Убьем святотатцев! Смерть им!"

Но и евреи были настороже. Могла бы произойти кровавая схватка. Но появились городские стражники во главе с бургомистром и Густавом Лебедингом. Делая вид, будто добивается мира и справедливости, Лебединг усердно наводил порядок. "Сейчас мы проверим, справедливы ли эти обвинения, - сказал он.
– Давайте осмотрим пекарню!"

Бургомистр и Лебединг в сопровождении стражников вошли в пекарню. Удивительное зрелище предстало их глазам. Йорг, подмастерье пекаря, огромный парень, был связан, его держали двое сильных еврейских юношей. Трясясь от страха, Йорг увидел Лебединга и завопил: "Это он, он все придумал! Он сказал, что около пекарни вспыхнет драка, а евреи выбегут поглядеть и тогда я брошу причастие в тесто. Но они никуда не побежали! Это он виноват! Это не я затеял!"

Густав Лебединг побелел. Дрожать от страха теперь пришлось ему. В одном из карманов Йорга нашли причастие, а вести об этой затее разошлись быстрее молнии. Озлобленная, сбитая с толку толпа, потеряв возможность досадить евреям, бросилась на Лебединга. Если бы не стражники, его бы убили на месте.

В конце концов Лебединга судили и выслали прочь из города.

Радовались евреи Регенсбурга своему спасению, празднуя в том году Песах с глубокой благодарностью Господу. В который раз избавил Он их от ужасной катастрофы. Еврейская община решила навсегда сохранить это чудо в памяти потомков. Поэтому и был дан заказ ювелиру: изготовить две большие серебряные мацы с выгравированной на них историей о том, как Бог спас евреев Регенсбурга с помощью Своего слуги, рабби Иегуды Благочестивого.